XVII. Сарофул.

"Скажу тебе откровенно -
хреново она держится..."
(Давид)

Белый свет осветил прелести Волгоградской церкви на возвышенности. Внутри всё блистало золотым и серебряным сиянием. Все лавки были заняты, пришедшими в это весеннее утро, людьми. Возле алтаря стоял батюшка и ждал. В этот день женился лучший игрок 1984 года рождения - 78-й номер - Гарри Омэн.

Его посажённым отцом был Иван Василич. Гарри был как никогда наряден для столь великолепного события: чёрный фрак, бабочка, крутейшие кроссовки от Джордана. Васич сидел возле него и гордился посажённым сыном. Для Омэна в это утро звонарь играл hip-hop, а батюшка читал rap. И вот, церемония началась. Ко входу церкви подъехал нанятый братом Гарри лимузин белого цвета. Дверца этой крутой тачки открылась, и вышла Люсия - посажённая мать невесты баскетболиста. Все стоявшие расступились, камеры и фотоаппараты со вспышками обратились к этому месту. На паперть ступила невеста. Под ручку с посажённой матерью в храм вошла будущая жена баскетболёра - Вирджиния Штайн. Благодаря её молодому возрасту, она выглядела прекрасно: белоснежное подвенечное платье безупречно облегало фигурку, на руки, держащие маленький букетик, были надеты не менее белоснежные перчатки, над безупречно красивой причёской спускалась полупрозрачная белая вуаль. Длинный, по сравнению с Вирджинией, шлейф тянулся сзади - его придрживал мелкий сутулый хачик, всё время глазевший по сторонам и задворкам церкви. Вирджи ступала по мраморному полу ножками, обутыми в беленькие туфельки на шпильках. Её лицо было грустным, как всегда равнодушным; Люся тоже была задумчивой и мрачной. Гарри же был очень рад, он светился улыбкой, тем более, что звонарь уже начал играть одну из любимых гангстерских песен - марш Мендельсона. Жених с невестой взялись под ручку и медленным шагом направились к алтарю. На половине пути посажёные отстали, и суженные подошли вплотную к батюшке, который священным поклоном поприветствовал их.

-Какая красивая пара, - иронично произнесла шёпотом сидевшая на третьем ряду Ирма и смахнула слезу, подумав о своём.

-Сын Божий - Гарри и Дочь Божья - Вирджиния, сегодня, в этот Светлый День Вы сочетаетесь священными узами брака пред Ликом Господа Нашего. Аминь, - речетативил поп в бело-золотой рясе (ништяк прикид) и в бороде. Торжественную тишину нарушил звук двигателя подъехавшего мотоцикла.

"Твою мать", - праведно подумал самый праведный батюшка.
"Наверное, ниггеры приехали креститься", - подумал Гарри.
"Это он", - подумала Вирджиния и злорадно улыбнулась, - "ленинградский почтальон."

Двигатель не умолкал, но в торжественных звуках hip-hop'а Мендельсона священник продолжал читать Священный Rap:

-Согласен ли Ты, Раб Божий, Гарри, взять в жёны Рабыню Божию Вирджинию?
-Ну, да! - отвечал Гарри с ниггерской радостью в зубах.

Он вспомнил, как познакомился с ней (то есть с невестой) в тамбуре поезда Волгоград - Санкт-Петербург при сомнительных обстоятельствах; как предложил ей руку&сердце, напившись пива.

-Согласна ли Ты, Раба Божия, Вирджиния, взять в мужья Раба Божьего Гарри? - продолжал речетатив батюшка, взор которого был обращён на невесту.

Откинутая белая газовая ткань уже не помешала ему разглядеть слёзы в тёмных глазах невесты. Вирджи молча повернулась к жениху и всей своей мизерной массой попыталась его оттолкнуть - Гарри отшатнулся - на глазах его было написано ужасное ниггерское удивление - он почувствовал, что его продинамили. В этот момент Омэн вспомнил своего друга Адама (ЦЕН), и глаза его стали круглы, как баскетбольные мячики. Никто не ожидал этого, даже звонарь-raper. Вирджиния побежала к выходу, оторвав тонкую прозрачную ткань шлейфа, в которую вцепился мелкий хачик. На дорожку, ведущюю к алтарю, пал маленький белый букетик из рук невесты. Выбежав из храма, Вирджиния бросилась на задворки церквушки и села на сиденье мотоцикла позади хачика-здоровяка. Мотик взревел и рванул на дорогу. За рулём этого грёбаного мопеда восседал небезызвестный гангстер-хачик - Гиви.

-Это гангстер!!! Я его запялил! - орал выбежавший из церкви баскетбольный жених, - щемимся за ними!!! - и, подцепив своего брательника они сели в лимузин.

Тяжёлая тачка резво выкатилась на трассу. Началось таинство погони. Руливший лямом брат спрашивал у брата:

-Кто это такой?
-Один ниггер, Гиви, - отвечал возбуждённый Гарри.
-Чё с вами играл в баскет? - продолжал невозмутимый Антонио.

-Да не! Он - мертвяк! Прибавь газку - щас мы их выщемим! - прыгал на сиденье казённого лимузина Гарри.

В руках его был новенький баскетбольный мячик - он брал его везде, даже на бракосочетание (а вдруг на алтаре кольцо окажется - и тогда slam!).

-Надень каску!!! - кричал на ходу Гиви, выжимая сцепление.

Вирджи пыталась надеть каску, но так как плохо держалась, выронила её на пыльную Волгоградскую трассу. Шлем покатился по дороге и был тут же отброшен на обочину ударом о лимузин.

-Что это было? - недоумевал руливший брательник.
-Касками кидаются! - злился лучший игрок 1984 года рождения.
-Я их щас обгоню! - вошёл в азарт Антонио.
-А я им щас трёху, - сказал Гарри и баскетболёрными своими руками открыл верхний люк лимузина.

Оппоненты сближались, автомобиль гнал за 100 км/ч.

-Fucking man, - подумал не по-русски Омэн, пролазия в открытый люк с мячиком.

Встав в полный рост, баскетболист во фраке зубасто улыбнулся:

-Баскетбол - сила!!! - проорал он и совершил свой штрафной бросок в motherfucker'а.

И тут произошёл кирдык! Из-за большой скорости лимузина, мяч попал под переднее колесо этого грёбаного мотороллера, и мотоцикл, опрокинувшись, перевернулся вместе с пассажирами и начал кувыркаться по дороге на огромной скорости.

-Ёшкин кот! - вскринул Антонио, давя на педаль тормоза, но было поздно.

Лимузин подпихнул кувыркающийся велосипед, втирая его в волгоградский асфальт. Когда ДТП закончилось, из слегка покорёженного автомобиля выбежали испуганные братья Омэны. Их омэновскому взору открылась ужасная панорама произошедшего: в груде искорёженного металла лежали 2 окровавленных тела, обильно пахнущих бензином.

-Ё-моё, что ты сделал!? - кричал брат Гарри.
-Oh, man, я не хотел! Правда! - оправдывался Гарри в кроссах, - блин, чё делать?!
-Давай уходить, пока менты не приехали! - вразумлял Антонио.
-А лимузин? - вопрошал испуганый жених, даже вдовец.
-Чёрт с ним! - ответил брат, махнув костлявой рукой.
-Нас забелят! - не успокаивался любитель rap'а.
-Не забелят - мы в монастырь пойдём! - успокаивал Гарри брательник.
-А там в баскетбольчик играют? - по-идиотски спросил Гарри, поднимая растёртый сдутый и грязный мячик с груды металлолома.
-Не знаю. У тебя спички есть? - спросил мудрый Антонио.
-Не, только зажигалка.
-Давай, поджигай! - предложил брат.
-О, давай! - согласился Гарри, доставая из фрака зажигалку. Он имел обыкновение курить травку после игр.
-Так то, ниггерша, прощай..., - произнёс Гарри и смахнул рукавом скупую мужскую слезу с прыщавого лица.

Пламя зажигалки стало началом конца для сестры Марты и Гиви. Ужасный огонь смерти объял куски железа и плоти, - это тебе от рэперов!!! - сказал свою предпоследнюю фразу лучший игрок 1984 года рождения, и взрывная волна рвущегося бензобака этого недоношенного мопеда сделала свой смертельный штрафной бросок Гарри в кювет. Прокаченное тело несостоявшегося баскетболиста глухо ударилось о землю.

-Гарри! Гарри!!! - кричал Антонио подбегая к брату.
-Oh, man... - прохрипел Гарри и умер на руках у брательника.